Эксперт по сертификации персонала филиала Группы «Илим» в Усть-Илимске Валерий Ахахлин — о причинах непрестижности когда-то элитных рабочих профессий и о том, чем зацепить молодых и амбициозных.

— Небо и земля?

— Да. Для меня это было страшно и непривычно. Это был совершенно иной, отличный от других проект производства. Но были хорошие наставники — бригадир Владимир Еговцев, Василий Шкаев, Александр Евполов — спецы очень высокого уровня. Именно они учили, как читать схемы, а их было огромное количество. Новая терминология. Новые обозначения и так далее. Иногда и «попадало» от них. Вспоминать те времена и весело, и печально. Я не знал ни географии цеха, ни расположения приборов — целая проблема. Сам себе рисовал план цеха — где какой прибор установлен. А это тысячи приборов, если не больше. Помогали люди – технологический персонал, за руку провожали до позиций.

— Были трудные дни?

— Да. Была ситуация, когда при пожаре сгорело несколько кабелей в лотке. Все — встал цех. А вызвать на аварийный ремонт людей в то время — целая проблема: мобильных телефонов не было, стационарные только, и то не у всех. Диспетчер отправлял автобус в город с запиской, водитель поднимался по этажам — звал на работу. Времени уходило много. Пришлось мне свои аналитические способности проявлять: раздирать этот кабель и по раскрутке все провода сращивать. Пока ребята из города приехали — мы уже запустились. Главным инженером тогда был Игорь Лихобабин, на центральном пульте он мне тогда за эту работу вручил 25 рублей. По-моему, это были его личные деньги. В общем, «школа» была хорошая. А если сравнивать с современностью, то тогда люди к работе относились более ответственно. Я, например, не мог уйти со смены, если что-то не доделал. Оставался и помогал следующему своему сменщику, и другие ребята тоже оставались. Насколько я знаю, во время пуска варочного ребята не выходили из цеха неделями. После тоже еще длительное время были «горячие денечки». Далее были и новые объекты. КЩО в варочном цехе, удаление шлама зеленого щелока в ЦКРИ, паровой ящик и безэтикеточная печать в сушильном цехе. Работа на проекте по модернизации сушильной машины № 1.Была атмосфера взаимовыручки, взаимопомощи — коллективизм, а с 90-х годов начал прививаться индивидуализм. Результат — мы его видим.

— Вы все время работали слесарем КИПиА?

— Нет, работал механиком в ЦКРИ, затем механиком в сушильном цехе. А в 2007 году меня назначили начальником цеха текущего ремонта КИПиА. Будучи механиком, в 2004 году «пошел» за высшим образованием, считаю, что руководитель должен его иметь. В 2017 году, когда часть киповцев вывели в ООО «Автоматизация» по программе аутсорсинга, стал начальником цеха текущего ремонта КИПиА на этом предприятии. В 2021 году Группа «Илим» предложила мне должность эксперта по сертификации, я согласился.

— Молодой киповец, пришедший на завод, он сейчас какой?

— Ребята хорошие, но схемы читать умеют единицы, нарисовать эскиз или чертеж не умеют. А если говорить о логических решениях схем — это совсем печально. В общем, база  довольно слабая.

— Исходя из этого, что бы вы добавили в процесс их подготовки? Нового или, может, из старого?

— Обучение от поставщиков оборудования — в обязательном порядке. Также раньше к нам приезжали специалисты, которые занимались физическим анализом — PH-метры, кондуктометры и так далее. Они учили этому и киповцев, и других специалистов. Сейчас такой практики нет, а она нужна. «Хромает» поиск неисправностей — необходимо оборудование, на котором в этом можно практиковаться. На данный момент как раз в Учебном центре рассматривается вопрос создания учебного класса, в котором будут проводиться практические занятия по установке, обвязке средств КИПиА, их настройке и поиску неисправностей. Киповец должен хорошо освоить пайку, чтобы качественно, правильно спаять провода. А из нового — программирование и основы электроники, понятно, что это в рамках работы конкретно с приборами. Сейчас очень много микроконтроллерной техники, и надо уметь работать с контроллерами, чтобы запрограммировать какой-то агрегат или настроить прибор. Современная молодежь освоит это быстро, поможет их общение с гаджетами. Современный киповец должен уметь работать с современным ПО, с симуляторами, в котором составляют схемы, проверяют их работоспособность. В нашем классе, кстати, мы недавно установили пробную версию симулятора, ребята занимаются охотно.

Кроме того, основы КИПиА надо давать и технологам, работающим в цехах. Это уже более конкретное обучение по работе такого оборудования, как регуляторы и исполнительные механизмы. Эти занятия ведет эксперт по надежности Максим Клименко. Лично я столкнулся с проблемой, когда технолог не понимает, почему у него два манометра на одной и той же трубе показывают разные значения. Его вывод — какой-то манометр работает неправильно. Приходилось доказывать, доходило до того, что приносил учебники — на, читай, здесь работают законы физики: идет сужение трубопровода, поэтому один манометр показывает одно значение, а второй — другое. Ориентируйся на этот. В общем, это — база, это — надежность оборудования. Мы такие занятия с технологами уже проводим.

— Валерий Валентинович, вы — яркий пример довольно редкого случая, когда человек кайфует от своей работы. Это видно по тому, как вы общаетесь со своими учениками и как вы преподаете им свой предмет.

— Ну, не знаю, видно это или не видно, но мне моя работа действительно нравится. В фильме «Москва слезам не верит» главный герой говорит: «Мне нравится прийти на смену и заставить крутиться то, что до меня не крутилось». Похожая ситуация. Может быть, высокопарно звучит, но и сейчас хочется быть полезным, особенно приятно, когда ребята уходят и говорят «спасибо».

— Заставить крутиться то, что до меня не крутилось — это цепляет.

— Да, и если молодых, амбициозных этим зацепить и дать толчок — ситуация изменится, рабочие профессии снова станут элитными.

Наталья Фирсова | Фото Антона Анчутина и из архива Валерия Ахахлина